Вся эта информация стала доступна «Ф» в результате проделанной им многолетней работы в «секторе». Но, к сожалению, эти ценнейшие сведения так и не нашли отклика у его непосредственного руководства. Более того, известный Вам полковник Т. неоднократно предлагал «Ф» не распылять силы на «антинаучные бредовые дознания», а теперь и вовсе отдал приказ прекратить всю работу в этом направлении, законсервировать точку и вернуться в Москву. Таким образом, остаются напрасными многолетние усилия, потраченные на разработку доступов к источникам информации. Но главное: «Ф» установлены контакты с группой под руководством Понтера Зиверга, которому поручена работа по координации деятельности всех подобных учреждений. Сохранение и упрочение этих, уже имеющихся контактов может создать для нас реальные возможности влиять на вышеуказанные процессы изнутри, с позиций СД.

Одной из причин такого непонимания ситуации «Ф» видит личностный фактор полковника Т., его отношение к делу и склонность к единовластному принятию решений, без согласования с высшим руководством.

«Ф» уверен, что его материалы до руководства не доходят, в чем и является суть его просьбы к Вам — связаться с Вашими людьми в Управлении и передать им просьбу изучить в высших инстанциях все его донесения, которые, «Ф» уверен в этом, никогда не выходили за пределы кабинета Т.

Известный Вам по работе в «секторе» № 14 музыкант Р.»

Удивлению не было предела. Антон ожидал, что письмо окажется чьим-нибудь доносом, перепиской врагов народа, интригой по отношению к руководству, но такое…

Он понял, что судьба втянула его в нечто запретное, от него невероятно далекое, тайное, о чем он — простой советский ученый — никак не должен был знать. Но уже за то, что он случайно прикоснулся к высшим тайнам разведки, постоянно бдящая карающая государственная машина ни в коем случае не сможет простить ему подобную случайность.