Мэлор Стуруа

К О H Е Ц Г Р Е Г О Р И К О Р С О

(Судьба поэта в Америке)

"Дай мне точку опоры, и я переверну землю", - говорил Архимед из Сиракуз, разгадавший головоломку <определения> положения центра тяжести различных фигур и тел. Грегори Корсо тоже полон яростного желания перевернуть землю, но по совершенно иной причине - он все больше и больше теряет точку опоры в жизни. Алкоголь, а затем наркотики подорвали его организм, подкосили его кошачью живучесть. Помню, несколько лет назад мы катались с ним по ночному нью-йоркскому сабвею - аж от самого Бэттери-парка до Бронкса, - и Грегори читал свои стихи, прогуливаясья на руках по трясущемуся вагону, приводя в ужас запоздалых пассажиров. Полы его рубахи, выбившейся изпод брюк, подметали мусор, накопившийся за день в подземке. Грегори чертыхался. Пыль забивалась ему в глаза, нос, рот, мешала читать.

- Грег, сними рубашку, - сказал я.

Корсо мой совет понравился. Он оголился по пояс, швырнув грязную рубаху на сиденье. Дамочка средних лет в очках с разлетистой оправой и цепочкой-страховкой отскочила в сторону как ужаленная. Смуглое тело Грегори было вышито рубцами и шрамами, как косоворотка, вышитая крестиками. Hедаром его называют американским Франсуа Вийоном. Правда, Грег никого не убивал на дуэли, но по воровским притонам и тюрьмам проваландался не один год.

У нечестивца Франсуа был всего один приемный отец - капеллан Гийом де Вийон. У Грегори их было целых четыре. Его родители, несостоявшиеся Ромео и Джульетта - когда Грег появился на свет, отцу было семнадцать лет, а матери шестнадцать, - жили в Гринич-Виллидже на Бликкер-стрит, где сходятся районы итальянской бедноты и артистической богемы. Родители Грега были из числа первых. Мать бросила годовалого малыша и, не найдя работы, вернулась - в Италию. Отец канул в безвестность. Детство Грега прошло в приютах, отрочество - в исправительных колониях для несовершеннолетних, юность - в тюрьмах.