Тихонько, безо всякой злобы, Летисия отвела наши руки и спустилась вниз. Мы с Оландой помогли ей спрятать все драгоценности и потом, когда она ушла, в последний раз сложили в корзину ее любимые украшения. Не стоило гадать, что нас ждет, и все же назавтра мы как угорелые побежали к ивам, рванули, едва дослушав тетю Руфь, которая строго-настрого велела не шуметь, не беспокоить Летисию – она, бедная, расхворалась и с постели не вставала. Когда мимо нас промчался поезд, мы нисколько не удивились пустому окошку во втором вагоне. Мы улыбались то ли с облегчением, то ли со злостью. А наш Ариэль – мы-то знали! – тихо сидел на противоположной стороне и смотрел на желтоватую реку серыми глазами.