Рассказ был кратким и, конечно, неполным.

— Очень сожалею, но мне нечего больше добавить к тому, что уже сказал.

Меня с самого начала удивила готовность Футта, учитывая его положение, предоставить мне эту, хотя и далеко не полную, информацию, да еще в столь вежливой форме. Может быть, он получил указания быть предупредительным с представителями турецкого посольства?

Я поспешил задать вопросы, в надежде получить информацию, которую он скрыл от меня.

— Меня интересует название улицы, где произошло убийство, номер дома, название фабрики, где он работал, когда, по свидетельству врачей, наступила смерть и в каком направлении идут расследования?

Как и следовало ожидать, он уклонился от ответов:

— Зачем вам, собственно, знать все это? Вы, конечно, понимаете, что мы не даем подобную информацию всем желающим…

— Секретные службы моего государства имеют веские основания подозревать, что Ахмед Хамул пал жертвой левоэкстремистских элементов, которые, бежав из Турции, нашли здесь нелегальное убежище. Я вынужден воздержаться от дальнейших объяснений ввиду строгой секретности этого дела, а кроме того, не уполномочен делиться сведениями, которыми владею.

Сработало!

— Ну, это совсем другое дело. Извините, я, конечно, этого не знал. Для нас это обычное криминальное или бытовое убийство, какие случаются ежедневно, понимаете?

Я все понял и начал входить во вкус. Вынул карандаш и блокнот, откинулся в кресле, приняв строгий вид. Футт стал искать нужную папку.

— У вас есть чем писать?.. Хорошо. Улица Зумпфрайнерштрассе, 24. Название фабрики — «Фукс и сыновья. Производство электроприборов». Записали? Хорошо. По свидетельству врачей, смерть наступила мгновенно. Время смерти — около восьми часов вечера… По поводу наших предположений о причинах смерти… должен, к сожалению, признать… Тут вы нас опередили…