Ткнул и прижал ее сверху большим пальцем, мне за пять шагов было слышно, как она зашипела. Все трое чуть не поумирали от смеха, глядя на нас. Один даже на корточки присел, до того ему было смешно. Мы убежали. Адик тогда вытер слезы и сказал, что, когда вырастет и станет сильным, он все равно тем хулиганам покажет. Где бы ни встретил. У него на всю жизнь на голове белое пятнышко осталось, и волосы на нем теперь не растут. Я об этом в армии узнал, когда нас остригли... Дался ему этот "кадр в желтом"! Таких на любой танцплощадке на сотню танцующих штук шесть, не меньше. Я отстал от ребят, взял его под руку и говорю веселым голосом:

- Неужели товарищ Тагиев не обманет? Прямо как во сне!

- Да, - он мне отвечает бодро. - Здорово нам повезло

сегодня!

В ресторан нас конечно, не пустили по причине позднего времени, было почти двенадцать. Сеймур уговорил швейцара его одного на минутку пропустить, прошел и почти сразу же вернулся с Мамедом Алиевым, пианистом из здешнего оркестра. Он нас всех провел и еще замечание швейцару сделал: "Надо, дорогой товарищ, хороших людей с первого взгляда узнавать". Усадил нас за столик, официанта позвал, а потом поднялся па сцену, сел за рояль и объявил, что исполняется "Мотылек" композитора Эмина Сабит-оглы. в честь коллег-музыкантов. Это, значит, в возмещение морального ущерба, причиненного нам нечутким швейцаром. Вышел Витька Владимиров и спел. Не хорошо и не плохо, в самый, раз для этого ресторана. Я Витьку с давних пор знаю, знакомы мы тогда не были по причине разницы в возрасте, он пел перед сеансами в кинотеатре "Вэтэн". По тем временам здорово пел, про него тогда все говорили, что он, конечно, nent-ц выдающийся, с большим будущим. А Мамед Алиев в том же кинотеатре выступал с номером на ксилофоне, всем тоже нравилось - "Танец с саблями" отстукивал звонкими палочками и "Чардаш" Монти.