Спустя некоторое время после этой истории я узнал одну интересную вещь. Действительно, композитор Стравинский был очень знаменит, но на нашей демонстрации произносил речь бедняга, который сошел с ума от музыки Стравинского и выдавал себя за него.

Мой собеседник откинулся на спинку стула и, обнаружив, что его сигара потухла, выбросил ее. Я понял, что рассказ закончен. Я так и не смог сдержаться от вопроса:

- Позвольте, как же так, - вырвался из меня вопль, - но почему Вы не продолжили свое дело в других городах? Ведь Вы бы могли сейчас быть богаче Рокфеллера!

- Молодой человек, - ответил Смит, - Вы не совсем внимательно слушали мой рассказ, иначе бы уже поняли, почему канализация непригодна для передачи сообщений.

- Hо почему??? Объясните мне, я этого не понимаю!

- Видите ли, молодой человек, канализация, кроме передачи данных, еще используется и по прямому назначению. Это не мешает работе нашей системы, так как вносимые шумы являются атональными и не возбуждают камертоны. Однако рядом с канализационными трубами пролегают и водопроводные. При плохом их состоянии иногда в них возникает свист. Как говорится, трубы поют. Именно такая ситуация и была в том городе. Вы, я думаю, уже догадались, что водопровод сломался не сам по себе, а при моей посильной помощи. Мы с Биллом проводили эксперименты и уяснили, что при работе водопровода наша система часто ошибается из-за слишком высокого уровня шума в соседних трубах. Поэтому-то и поспешили унести ноги, пока никто этого не понял.

После этого объяснения Смит встал, ясно давая понять, что наш разговор окончен, трогательно распрощался со мной, перегнувшись через стол, обняв и хлопая меня по спине, и удалился в сторону вокзала. Больше он мне никогда не встречался.