Мэгги пожала плечами.

– Не думаю, что она слишком расстроена.

Тут зазвонил телефон.

Мэгги подняла трубку и равнодушным тоном сообщила, что делом занимаются мистер Макби и мистер Гейл, и через день-другой, как только все определится, письмо будет отправлено.

Я пока внимательно осмотрелся. На письменном столе грудой валялся всякий хлам: лак для ногтей, книги в мягкой обложке, пара вечерних туфель. Мэгги никак не могла закончить телефонный разговор. При этом она взглянула куда-то вниз и снова протянула руку к выдвижному ящику стола. Для меня с профессиональной точки зрения это было очень характерным движением, потому я поспешно шагнул вперед и заглянул через стол.

Этого следовало ожидать: там был полупустой стакан с выпивкой, явно спрятанный, когда я постучал в дверь. Итак, прощаясь с покойным шефом, она не просто лила слезы. Отсюда и железное спокойствие.

Мэгги подняла на меня глаза, я ей улыбнулся, а когда она наконец положила трубку, сказал:

– Не стесняйтесь и пейте в открытую. Сегодня тяжкий день.

Она сделала большой глоток.

– Просто я освобождаю шкаф, где он держал запас для клиентов. Обидно все оставлять этим богатым свиньям.

– Вам помощь не нужна?

– Присоединяйтесь, – Мэгги махнула рукой в сторону одного из шкафов, где оказалось множество всяческих бутылок. Я налил себе шотландского виски с содовой.

– За ваше здоровье. – Я выпил, потом задумался. – Вы что, одна все выпили?

– Ну и что?

Боже, Мэгги уже была не подвыпившей, а просто пьяной.

– Вы увольняетесь? – Я кивнул на вещи на столе.

– Как только отпустят, а может быть и раньше.

Я сочувственно улыбнулся и присел на край стола. Похоже, посетителям тут стула не полагалось.

– А что представляет собой мистер Макби?

– О, это имя.

– Ну, я могу подобрать для него минимум пять подходящих имен.

По ее лицу скользнула улыбка.

– Нет, так здесь называют членов страхового общества – тех мерзавцев, которые вроде бы рискуют своими деньгами.