«Техники. Мать вашу! Вы что там все охуели или как? Что за пальба? Почему открыли огонь? Что с пушками?

«Командир, это техники. Похоже, антенна 2-бис 133.8 переориентирована и именно по ней идет управляющий сигнал. Повторяю, 2-бис 133…»

«Да хрен с ней, с 2-бис! Где она расположена?! А быстрей вы можете?»

«Северная башня слежения, почти самый верх. Там ещё рядом с ней два эммитера Дирака…»

«В жопу Дирака! Где это? А… вижу! Всем боеспособным единицам, повторяю – всем боеспособным единицам! Снести, к ебеням кудлатым, радар на северной башне!»

«Фокстрот! Видишь радар? На самом верху этой богодельни торчит такая незначительная херотень – антенна. Она у нас недавно сошла с ума. Рядом с ней ещё две такие невыразительные палки. Из-за нее наше ПВО сбивает сейчас наши же ракеты. Сноси её к едрене Фене!»

«Снесли? Поздравляю всех! Операция по уничтожению собственного радара на северной башне завершена с минимальными потерями. Браво! И вы в воздухе? Потрясающе! Как бы это пережить? Мама не зря рыдала в детстве над твоей колыбелью. Живым – на разбор. Буду крайне невыразителен».

БЕШЕНЫЙ ВАДИК

Я когда сынка вижу, во мне что-то пропадает. Что-то очень личное.

То есть, происходит со мной что-то.

Не то чтобы я против воспроизводства всякой плоти. Нет! Но сынки меня раздражают.

Тут пришел один к нам на экипаж. Лейтенант и уже командир боевой части, а мы все капитаны и никто, а он нам говорит: «Я вам приказываю, потому что я – командир боевой части и помощник командира корабля по специальности!» – на что капитан-лейтенант Пенкин, наш всесоюзный староста, ему и говорит: «А не затруднит ли вас повторить свое приказание?» – и он повторил, после чего мы вдвоем подхватили его на руки и жопой долго били в подволок.

Мда! Так вот, с сынками тяжело, потому что он оказался сыном «начальника объединенного штаба группы каких-то войск, и после этого открытия пришлось его дополнительно жопой бить.