Премьер утомленно вздохнул и подошел к распятой на бескрайней стене своего кабинета карте Родины. Взял со стола гербовый лазерный целеуказатель и почикал им страну.

— Видишь, какая она здоровая? — со смесью раздражения и восторга сказал он.

— А то…

— Самая большая страна в мире, между прочим, — сообщил Премьер.

— Да я как бы…

— Будь на нашем месте хоть англичане, хоть французы, хоть американцы — давно бы уже развалилось все к едрене фене, — уверенно заявил Премьер. — Они привыкли потому что: распределение власти, вы-ыборы, прости господи, федерализм… У нас попробуй введи такое! Сразу всю страну спиздят. Попилят — и по офшорам!

— Ну а что же тогда Россию вместе держит? — кажется, впервые задумался Президент. — Как единое целое?

— Нашу Родину, — отчеканил Премьер, — удерживает единым целым только ощущение, что наша Родина является единым целым.

— То есть?

— А вот так. Пока есть у народа ощущение, что Владивосток и Владикавказ — одна страна, так и будет. Как пропадет это ощущение — все, хапай и беги.

— Но летать-то столько зачем?! — взмолился Президент.

— Да затем, — с неудовольствием объяснил Премьер. — Что на тебе вся страна и держится! Представь так: Родина наша скроена из тысячи лоскутов. Но нить, которой эти лоскуты были сшиты воедино, старая и гниет. И твой Ил-96 — как бы игла, в ушко которой продета новая нитка, суровая. Где садишься — там прокол, туда стежок. Дальше летишь — новый стежок. Так страну вместе и стягиваешь, чтобы не расползлась. Все понял?

— Понял, — на всякий случай сказал Президент. — Но как?

— Со временем и это поймешь, — пообещал Премьер. — Все, иди, чемодан собирай.

* * *

Величавый Президентский Ил-96, распластав свои лебединые крылья, заходил на посадку на уютно устроившийся в окруженье мшистых сопок аэропорт. Тень от лайнера стлалась по зеленой земле, небесным благословением прикасаясь к лоскутным наделам местных пейзан, к серой паутинке дорог, к спичечному коробку аэровокзала…