– Лес – это небесные тела, Сергей Павлович?
– Да, космос с его небесными телами. Там неисчислимые запасы необходимого для землян. Еще вчера они были сказочно далеки от нас. Но сегодня мы не только разумом, но и руками дотянулись до них... Внеземная индустрия, использование солнечной энергии. В этом я вижу единственный путь сохранения и дальнейшего развития человеческого рода...
– И это все сегодня, завтра? – не сдавался Вишневский.
– Да! Но это не только мои мысли. Великий Циолковский об этом мечтал. Жить и не думать о завтрашнем дне – преступно. Я только робкий последователь его. Мы сделали пока даже не шаг, а полшага на пути, освещенном его гением. Но это движение – безгранично.
– Все это так, – со вздохом ответил Вишневский. – Вы думаете о благе всего человечества. Я грешный, забочусь о конкретном человеке, попавшем ко мне в клинику. Я ближе к земле.
Вишневский машинально, скорее по привычке, взял руку Королева...
– Э, да у вас пульс чуть ли не сто... Многовато, Сергей Павлович, для одного разговора. Волнение – очень опасная штука. Чрезвычайно...
Будто прочитав мысли своего друга, Королев как-то тихо, боясь, что врач может сказать всю правду, спросил Александра Александровича:
– Сколько я могу еще прожить с таким мотором? – и приложил свою небольшую руку к груди.
– О чем это вы, Сергей Павлович? Да пошутил я. С вашим сердцем, – академик попытался успокоить Королева, – вы еще нам столько ракет сконструируете.
– Мне бы десятка лет хватило, – не дослушав Вишневского, словно попросил Королев. – Всего десяток... от силы пятнадцать, ведь столько замыслов.
– Сергей Павлович! – оборвав неприятную для обоих беседу, заговорил Вишневский. – Я приехал к вам с нижайшей просьбой. Не откажете?
– Хотите заполучить место на ракете для каких-либо приборов? А, я угадал, Александр Александрович?
– И это было бы неплохо. Но просьба моя другого свойства. Вашим конструкторским бюро создаются уникальные точные приборы. Они, на мой взгляд, вершина современного научно-технического прогресса. У вас тут в конструкторском бюро, видимо, не один Левша трудится. Вот если бы вы помогли сделать нам для института хирургии кое-какие инструменты, приборы. Будем весьма благодарны.