Вместо ответа секретарша протянула ему купюру в пятьдесят долларов:

– Она вручила это мне в качестве задатка.

Мейсон на мгновение задумался, а потом сказал:

– Отдай ей это обратно и скажи, что если я сочту возможным ответить на ее вопросы, то возьму за это соответствующий гонорар. Но если меня не удовлетворит объяснение причин ее интереса, то ей придется подыскать себе другого адвоката.

– Она говорит, что у нее нет времени на поиски и что она хочет видеть только тебя, – ответила Делла Стрит. – И немедленно.

– Понятно, – сказал Мейсон. – Она хочет взять у меня консультацию по правовым вопросам, а потом действовать сама соответствующим образом. Ну ладно, Делла, она ведь тоже человек. И, видимо, у нее неприятности. Так давай попытаемся разузнать, в чем там дело. Приведи ее сюда.

Секретарша кивнула, вышла из конторы и через несколько минут вернулась в сопровождении посетительницы.

Женщина держалась с большим достоинством: величавая походка, высокомерно вскинутая, словно у королевы, голова. Она кивнула Мейсону и сказала:

– Благодарю вас, мистер Мейсон, за то, что вы согласились меня принять. – С этими словами она спокойно опустилась в кресло и продолжила: – Пожалуйста, отнеситесь с вниманием к тому, о чем я вам скажу, поскольку я должна знать, что меня ожидает.

– А что именно случилось? – спросил Мейсон.

Она покачала головой:

– Разрешите мне задать вам вопрос! Мистер Мейсон... я кое-что слышала о праве человека на покой и уединение. Вы не могли бы пояснить, что подразумевается под этим?

– Право личности на покой и уединение, – ответил Мейсон, – следует понимать так, что никто не имеет права нарушать покой и уединение человека, если он сам того не желает.

– И оно гарантирует человеку, что не будут преданы гласности те или другие факты, если он этого не желает?

– Не совсем, – ответил Мейсон. – Всякий пункт закона имеет свои определенные подпункты. Если бы вы рассказали конкретно, что вас беспокоит, это сэкономило бы много времени, и я смог бы более точно ответить на ваш вопрос.