— Проклятье, тогда перехитри его! Или ты не умеешь держать при себе даже свои мысли? Или я напрасно потратил двадцать лет своей жизни, обучая тебя квадривиуму

Майкл хранил молчание. Сказать ему было нечего.

— Фердинанду известно, что будущее моего дома зависит от тебя. Вот почему он намерен сделать из тебя непобедимого воина.

Юноша ощетинился.

— Он намерен подтолкнуть меня к самоубийству, милорд.

— Увы, мой единственный сын пал в кровавой битве на чужой земле много лет назад, и боги не дали мне другого наследника — пока не появился ты. Твой благородный отец сражался как лев и умер за своего короля в бою под Блэкхитом, во время подавления мятежа корнуолльцев. Он взял с меня слово, что я приму его сына, рожденного его второй женой, и воспитаю как собственного ребенка, опасаясь, что его наследник отвергнет тебя, своего сводного брата. Твой отец не требовал, чтобы я полюбил тебя и сделал своим законным преемником, но я увидел перед собой смышленого паренька, быстрого, ловкого, уверенного в себе и крепкого, как молодой дуб. И тогда я подумал: «Он станет мне сыном. Вот юноша, которому я завещаю земли, имущество и честь своего имени, свое сердце и душу, все, что делает меня тем, кто я есть! Вот оно, мое будущее!» — Старый граф обошел водопад кругом, заложив руки за спину. — Я не жду от тебя, что ты победишь сэра Фердинанда в открытом бою. Он действительно сильнее тебя. Он — кровожадный буйвол, который скорее сомнет горящую свечу, чем задует ее. Но я ожидал от тебя стойкости и упорства! Я ожидал, что ты выдержишь его удары, и тогда его самоуверенность будет поколеблена! Вот в чем стояла цель твоих воинских упражнений! А ты приходишь ко мне с опущенной головой, жалкий и избитый…

Собрав все силы, Майкл выпрямил спину и развернул ноющие плечи. Ростом он уже не уступал старому лорду, но сейчас, снедаемый угрызениями совести, он казался себе ничтожным карликом. А лорд Тайрон сердито смотрел на него, однако во взгляде графа светились любовь и нежность.