«Кестрел» приближался к берегу. Дринкуотер скорее чувствовал, чем видел, покрытую тьмой землю впереди. Отлив, похоже, достиг нижней отметки. При противном ветре они должны были оказаться где-то с подветра от утесов, раскинувшихся между Ле-Трепором и Дьеппом, и возможно, именно это ощущение предсказывает их близость. Оно, и еще, наверное, запах. В темноте и на такой скорости «Кестрел» может оказаться среди скал прежде, нежели успеет повернуть. Обеспокоенный, Дринкуотер побежал вперед и окликнул впередсмотрящего на салинге.

- Кто наверху?

- Тригембо, зэр.

Услышав корнуоллский выговор, он успокоился. Тригембо прибыл сюда не по своей воле: один из шести парней, что перевели с брандвахты в Норе для пополнения экипажа «Кестрела». Дринкуотер знал его по «Циклопу», на который Тригембо отправили по решению суда за контрабанду. По приговору отца Тригембо повесили за оказание вооруженного сопротивления таможенникам. Чтобы немного умерить горе вдовы, сына ее только отравили на флот. Его появление на палубе «Кестрела» оказалось еще одним звеном в цепи совпадений, и Дринкуотер сомневался, что это можно объяснить просто случайностью.

- Смотри в оба, Тригембо!

- Ест, зэр!

Дринкуотер вернулся на ют и немного привел корабль к ветру, чтобы бросить лот.

- Отметка пять.

«Кестрел» вернулся на курс и набрал ход. Напряжение на палубе росло, и Дринкуотер чувствовал себя в его эпицентре. Джессуп старался держаться поблизости. Какого черта Гриффитс не идет на палубу? Пять саженей – уже мель, но мели здесь тянутся на многие мили. Они могут находится сейчас в любом месте эстуария Соммы. Лейтенант подавил приступ страха и принял решение. Они сделают еще две мили и снова бросят лот.

- Буруны, сэр! Пять слева по носу!

Дринкуотер помчался вперед и запрыгнул на провисшие ванты бакборта. Он вглядывался во тьму, но ничего не видел. Потом он заметил: серая полоска, едва светлеющая на фоне моря.