Конечно же, это был он. Правда, чуть помоложе, без усов, но вполне узнаваем, даже с первого взгляда.

Савелий Родионов вернул снимок. Он остался доволен собой — равнодушие удалось. Возможно, даже с перебором. Но это уже издержки.

— Вы меня шантажируете, молодой человек, я вас правильно понял?

— Боже упаси! — Собеседник выглядел смущенным. — Разве я бы посмел.

— Тогда что же вам от меня нужно?

— Сейчас попробую объяснить. — Подбежала болонка. Она энергично обнюхала штанины Савелия и, подбрасывая пушистый зад, устремилась в противоположный конец острова. — Дело в том, что мне известно, кто совершил ограбление банка… о котором вы сейчас читаете.

— И кто же? — хмыкнул Родионов.

Молодой человек собрал вырезки и положил их в папку.

— Вы, — очень просто объявил он.

— Ах, вот как! — невольно выдохнул Родионов. — А вы наглец!

— Хотите доказательства? Пожалуйста. Я следил за вами. Как только я убедился, что вы тот самый человек, о котором в России писали все газеты, я не отходил от вас ни на шаг.

— Вот как? Я этого не заметил.

— Все верно, — охотно согласился молодой человек. — Я был очень осторожен. Вы вели образ жизни состоятельного рантье. Интересовались искусством, посещали выставки, просиживали часами в кафе. В Париже, по-моему, не осталось ни одного ресторана, в который вы бы не заглянули. Вас всюду принимали за скучающего бездельника, и никто не догадывался о вашем истинном амплуа! Уверяю вас, если бы французы знали, с кем они имеют дело, то наверняка…

— Засадили бы в тюрьму? — скривился Савелий, подыгрывая незнакомцу.

Мужчина лишь махнул рукой: