Однако время шло, а желающих все не находилось, как он, впрочем, и предполагал. И все же, с досадой бурчал он, жаль, очень жаль! Чертовски хороший случай для Прошу Прощения показать свой дьявольский норов!

Тщеславие полковника было больно задето! Ковбои, желавшие принять участие в родео, торопливо подыскивали себе лошадей, однако, бросив лишь один взгляд на очаровательную Прошу Прощения, заметно побледнев, ускоряли шаг. А изящество этой красотки еще более подчеркивало исходившую от нее опасность.

— Нет, вы только подумайте! — возмущался полковник, не скрывая обиды, — Хоть бы кто попросил оседлать ее, что ли! Да любой их этих трусов лучше сядет на бочку с динамитом!

— Но, сэр, — с кривой усмешкой перебил его Питер, — тут я как раз могу их понять.

— Вы?! Да как вам не стыдно, Пит? Вы, молодой, здоровый, как бык — говорите мне это прямо в лицо?!

— Дело в том, — философски заметил Питер, — что динамит — штука тонкая. Может — взорвется, а может и нет. А Прошу Прощения, черт ее возьми, разделается с любым, и глазом не моргнет!

Полковник коротко фыркнул, что делал всегда, стоило только кому-то загнать его в угол.

— Ах, молодежь, молодежь, — проворчал он, — Неужто мне суждено дожить до того дня, когда не найдется смельчака, способного бросить вызов этой лошади?! А ведь я еще помню, как иные любители проходили миль по пятьдесят, лишь бы только померяться силами с такой дьяволицей! Так-то! Ну, что вы ухмыляетесь, Пит? Не верите?

— Просто вспомнил тот самый день, — ответил Логан, — когда мы собрали в мешок то, что осталось от того парня, помните? Соскребли с земли, да привязали к седлу, а потом отпустили кобылу. Неужто забыли, сэр?