— Теперь вы меня уволите? — воинственно спросила Сабина уходящего Кологривова, пытаясь отдышаться.

— Ни за что, — бросил он, не оборачиваясь. — Более того. Я собираюсь сделать вас своим заместителем по работе с клиентами.

Сабина плюнула прямо на эксклюзивный ковер. Доплелась до своего рабочего кабинета и позвонила Пете.

— Ничего не получается, — мрачно заявила Ана. — Чем хуже я себя веду, чем быстрее продвигаюсь по служебной лестнице.

Ее и саму удивил этот парадокс. Может быть, Буриманов был не так уж не прав, когда намекал, что жизнь — это плутовской роман, а не сборник нормативных актов?

— Ты нарушала корпоративную этику? — строго спросил Петя.

— Кажется, я нарушала даже уголовный кодекс.

— А про фляжку с коньяком не забыла?

— В ней не осталось ни одной капли.

— Черт побери! — закричал Петя. — Ты даже пьяная такая примерная, что к тебе невозможно придраться! Моему клиенту именно это и нужно! В общем, так: если ты не придешь сегодня в пять часов на собеседование с Тверитиновым, можешь считать, что у тебя больше нет брата.

Сабина бросила трубку на рычаг и раздула ноздри. Злая слеза скользнула по ее носу и упала на стол. Она создала себе блестящую репутацию, которая теперь крепко держала ее в своих когтях. Не зря Буриманов бросил ее еще в туманной юности. Вероятно, она уже тогда была покрыта панцирем благонадежности. Такие женщины, как она, должны оставаться старыми девами и работать на правительство.

Сабина достала пудреницу, раскрыла ее, заглянула в зеркальце, увидела собственный нос и сказала ему: