— Вы еще не ездили в типографию? — Лицо у него было непроницаемым. И он не отрываясь смотрел на дневник у нее в руках. Блокнот был закрыт и лежал обложкой вниз у Сабины на коленях. Вряд ли его можно было опознать с лету. По крайней мере, преступница на это страстно надеялась.

— Вы же сказали, что уехали на два часа! — обвиняющим тоном заявила она. И, воспользовавшись тем, что Тверитинов прошел к столу и на секунду отвернулся, молниеносно засунула блокнот под себя. Теперь нужно сделать так, чтобы ее босс первым вышел из кабинета.

Однако тот и не собирался уходить. Напротив, он ждал, что Сабина немедленно встанет и отправится за образцами бумаги. Она не двинулась с места.

— Вы хоть что-нибудь сделали? — спросил он, копаясь в документах на столе.

— Да, — важно ответила она. — Я полила герань.

— Что ж, неплохое начало дня. — Он прошел к стеллажу с книгами, сшиб по дороге стул и поймал его у самого пола. Чертыхнулся и резко повернул голову. — Почему вы сидите? Я дал вам кучу заданий.

— Потому что, потому что… У меня кружится голова. Не могли бы вы принести мне стакан воды? — спросила Сабина, глядя на него глазами своего брата Пети — голубыми и наглыми.

Не сказав ни слова, Тверитинов вышел из кабинета и отправился на кухню. По дороге он ухмыльнулся. Он видел список на столе и отмеченные «галочками» дела, с которыми она уже справилась. И все же виду нее был странный. Всполошенный. Как у наседки, которая только что снесла яйцо и вдруг увидела, что в курятник входит человек с корзинкой.

Он налил из чайника воды в стакан и пружинистым шагом возвратился обратно. Его новая помощница сидела чинно, сложив ручки на коленях, но все еще была взволнованна.

— Ой, вода! — радостно сказала она, полыхая красными пятнами на щеках. — Огромное спасибо. А вы сейчас еще куда-то поедете?