Перебежавши через ров,

Пошел я тихо по кладбищу,

Душе моей давало пищу

Спокойствие немых гробов.

И долго, долго я в молчанье

Стоял над камнем гробовым...

Казалось, веяло в страданье

Каким-то холодом сырым.

*

Потом... неверными шагами

Я удалился - но за мной,

Казалось, тень везде бежала...

Я ночь провел в глуши лесной;

Заря багряно освещала

Верхи холмов; ночная тень

Уже редела надо мною.

С отягощенною главою

Я там сидел, склонясь на пень...

Но встал, пошел к брегам Дуная,

Который издали ревел,

Я в Грецию идти хотел,

Чтоб турок сабля роковая

Пресекла горестный удел

(В душе сменялося мечтанье).

Ярчее дневное сиянье,

И вот Дунай уж предо мной

Синел с обычной красотой.

Как он, прекрасный, величавый,

Играл в прибережных скалах.

Воспоминанье о делах

Живет здесь, и протекшей славой

Река гордится. Сев на брег,

Я измерял Дуная бег.

Потом бросаюсь в быстры волны,

Они клубятся под рукой

(Я спорил с быстрою рекой),

Но скоро на берег безмолвный

Я вышел. Все в душе моей

Мутилось пеною Дуная;

И бросив взор к стране своей:

"Прости, отчизна золотая!

Сказал,- быть может, в этот раз

С тобой навеки мне проститься,

Но этот миг, но этот час

Надолго в сердце сохранится!.."

Потом я быстро удалился...

*

Зачем вам сказывать, друзья,

Что было как потом со мною:

Скажу вам только то, что я

Везде с обманутой душою

Бродил один как сирота,

Не смея ввериться, как прежде.

Все изменяющей надежде;

Мир был чужой мне, жизнь пуста

Уж я был в Греции прекрасной,

А для души моей несчастной