— Ну и что? — рассмеялась Анна. — От этого что-то изменится?

— Конечно! Ты начнешь подбирать для нее строгие костюмы из габардина, а она-то будет мечтать о прозрачных пеньюарах, не скрывающих от этого пионера-героя ее романтических морщин, и о розовых перьях на изрядно поредевших фиолетовых кудряшках. Имидж под названием «достойной старости — достойный секс» в таком случае ей точно не понравится.

— Оригинально, — сказала Женя, разглядывая свои маленькие туфельки. — Глупо, но оригинально.

— Оригинально лбом орехи колоть, — раздраженно отозвалась Саша. — Моя идея сработает, вот увидите.

— Ты серьезно собираешься этим заняться? — осторожно спросила Анна.

— Конечно. Все равно мне сегодня делать больше нечего. Я бы могла посидеть над текстом рекламы, но у меня здесь даже своего стола нет.

— Да, вопрос со столом надо решать, — согласилась Анна.

— Мы решим его только в одном случае. Если у нас будут деньги на расширение.

— И на стол, — добавила практичная Женя.

Саша открыла любимый коричневый портфельчик и показала подругам пузатенький камуфлированный бинокль:

— Я уже экипировалась. Так что назад пути нет. Давайте-ка расскажите мне, кто у нас очередная клиентка, которой вы собираетесь заняться в ближайшее время?

Анна вздохнула:

— Ну ты же знаешь, Ада Анисимова.

Женя, которая отрешенно глядела в окно, встрепенулась:

— Кстати, я, как эту Аду-гаду увидела, сразу подумала: и зачем это модель понесло в имидж-салон?

— Вот видите! — тоном обвинителя сказала Саша. — Уже вопрос.

— Мне кажется, я знаю на него ответ и безо всякого расследования, — усмехнулась Анна. — Знаете, кто у этой Ады муж? Фотограф, снимает для рекламы, весьма преуспевающий дядя.