Денке занимался огородничеством и существовал на доходы от этого промысла. Соседи его откровенно сторонились и почти никогда не посещали его жилище. Единственными людьми, кто изредка входил в дом этого человека, были бродяги да нищие, которых нелегкая порой забрасывала в эти края. Подчас эти посещения заканчивались для гостей весьма странно.

Однажды из дома Денке с дикими воплями выскочил окровавленный молодой человек. Соседи попытались остановить его, чтобы узнать, что же произошло, но незнакомец с перекошенным от ужаса лицом умчался в неизвестном направлении.

Через несколько месяцев после этого один нищий, побывавший в доме Денке, поведал его соседям такую историю. Мол, Денке попросил зайти к нему в дом и написать за него письмо родственникам, обещая за это щедро накормить. Нищий согласился. Однако как только он сел за стол, Денке зашел ему за спину и внезапно накинул на шею веревку. И, если бы гость чудом не успел просунуть в петлю правую руку и не вырвал бы веревку, Денке бы его задушил.

Откровенно говоря, соседи выслушали рассказ с недоверием. Они, хоть и называли Денке человеком не от мира сего, считали его существом вполне безобидным. У него и прозвище было вполне мирное - "отец Денке".

Между тем нелюдимость Денке была ему на руку. Иногда соседи видели, как он ведрами выносил из дома мясо и сливал во дворе кровь. Но никто и словом не обмолвился об этом. Лишь однажды кто-то сказал Денке, что из его дома тянет странным запахом. Денке принял меры и запах исчез. И вновь никто не насторожился. Видимо, эти люди считали недостойным вмешиваться в чужую жизнь, тем более что Денке вел себя по отношению к ним вполне миролюбиво. Так продолжалось несколько лет, пока не наступила весна 1924 года.

Однажды из дома Денке раздался душераздирающий крик. Встревоженные соседи бросились в дом и застали дикую картину: незнакомый мужчина, по виду бродяга, с залитым кровью лицом, пытался вырвать из рук разъяренного Денке острую кирку. Соседям с трудом удалось разнять дерущихся. Успокоившись, незнакомец поведал ту же самую историю: о письме и попытке убийства. Только теперь в руках Денке была не веревка, а острая кирка.