— А когда же ты хочешь его взять? — испуганно спросила она.

— Сейчас и пойдем. На заре травы мягче стелются, легче ступать.

Тут она заметалась, сама не понимая, согласилась ли она отпустить свое дитятко с незнакомыми людьми в неведомый путь. Или еще осталось время завопить, забрашггься: «Да разве я отдам моего сыночка, роженного, вскормленного, ясное мое солнышко, светлый мой месяц, хорошего моего, любимого моего, красивого? Уходите вы, злодеи, откуда пришли. Чем расстаться, лучше нам вместе помереть!»

Ах, лучше ли?

Глава третья ПРОЩАНИЕ

Вот и ушли они, скрылись вдали. Белая рубашка, белая ромашка в зелени, было зернышко — и нет его. Ушли.

Ах, уходит от меня мое дитятко, Уходит мое ненаглядное. Закатилось красное солнышко, Скатилась звезда с поднебесья, Скрылось мое дитя, затерялося. Уж ты, дальняя дорога, неведомая тропа, Протянись ты гладкая и ровная. Не споткнулся бы мой сынок о камень, Не зашибся бы. Вы, глухие болота, глубокая река, Настелитесь вы мосточками, Прошел бы сынок посуху. Высокие деревья, колючие кусты, Отверните свои веточки в сторону: Не зацепилось бы дитя, не оцарапалось. Полуденный ветер, полунощный ветер, Вы дуете с четырех сторон земли. Принесите мне от него весточку!

Так причитала Вахрушкина мать, сидя на пороге своей землянки.