Томеш смотрел на него внимательно, словно ожидая чего-то.

- Значит, - заговорил он после паузы, - ты все еще возишься со взрывчатыми веществами?

- Ну да...

- И успешно?

Из груди Прокопа вырвалось что-то, похожее на смешок.

- А тебе хочется узнать, а? Это, брат, не так-то просто. Не... не так-то просто, - повторил он, пьяно качая головой. - Оно, знаешь, само... само собой...

- Что?

- Кра-ка-тит. Кракатит. Кррракатит. И - само собой... Я просто оставил пыль на столе. Все смел вввв - в такую баночку. Осталось то - только чуть-чуть на столе - и... вдруг...

- Взорвалось.

- Взорвалось. Просто налет, щепотка пыли, рассыпал немного. Его и не видно было. Лампочка - далеко, за целый километр. Это не из-за нее. А я - в кресле как колода. Устал, понимаешь. Слишком много работы. И вдруг - трррах. Меня швырнуло на землю. Выбило окна, лампочку - вдребезги. Детонация как - как целый патрон лиддита. Страстрашная взрывная с-сила. Я... я сначала думал, лопнула эта фафрораф...форфра... фар-фо-ровая, фафроровая, фафро-ровая, фафро - господи, ну как это, белое такое, ну, изолятор, как это называется? Силикат кремния...

- Фарфор.

- Баночка. Я думал, лопнула та баночка со всем содержимым. Зажег спичку, а она там, цела, а она - целая! Стою столбом, даже спичкой обжегся. И - прочь оттуда, через поле... впотьмах... в Бржевнов, не то в Стршешовице... И-и где-то по дороге мне пришло в голову это слово. Кракатоэ. Кракатит. Кра-катит. Не-не-нет, это было не-не-не так. Когда взорвалось, я полетел на пол, кричу: "Кракатит! Кракатит!" Потом забыл. Кто тут? Вы... вы кто?

- Твой коллега Томеш.

- Ах да, Томеш. Вот паршивец! Лекции выклянчивал. Не вернул мне одну тетрадь по химии. Томеш... а как его звали?

- Иржи.

- Да, вспомнил, Ирка. Ты - Ирка, знаю. Ирка Томеш. Где моя тетрадка? Погоди, я тебе что-то скажу. Если взорвется остальное - дело плохо. Понимаешь - разнесет всю Прагу. Сметет. Сдует - ффффу! Это - если взорвется та фарфоровая баночка.