Плотно прикрыв дверь, Разинов, уже майор, посмотрел на подчиненного и указал на стул. Сам уселся с противоположной стороны стола, вытащил из ящика нормальный такой, человеческий коньяк, которого Михаил даже на гражданке не пробовал, наполнил стопки.

– Выпей, старший сержант, – приказал командир. – За здоровье моей жены и дочери, которых ты спас. Я добро помню.

Михаил усмехнулся:

– Вот уж верно. Век не забуду…

– Не вякай! – цыкнул на него Разинов. – Лучше послушай, что скажу.

И сказал много интересного. Сейчас, когда в армии наступил неимоверный бардак, когда отцы-командиры больше политикой, чем службой интересуются, можно хорошо заработать. Они со старшиной роты, хитрым прапором, подготовили одну операцию: нашли в Мурманске покупателя на полдюжины новеньких УАЗ-31512, что стоят на консервации. На протяжении уже лет пяти эти советские джипы пылились в дальнем ангаре, лишь изредка перемещаясь из темного угла в самый темный угол, чтобы не мешать проезду тягачей и грузовиков. Вот часть этих «уазиков» Михаилу и предстоит перегнать на Большую землю. За что и получит свою долю. Немалую. Займет этот бизнес месяц – машины и документы уже подготовлены, зато на гражданку придет с приличными деньгами, будет с чего новую жизнь начинать…

Не колеблясь ни секунды, Михаил согласился. И не пожалел. Он сделал три ездки на пару с прапором. Эта операция оказалось столь успешной, что новую жизнь можно было начинать несколько раз подряд.

Он бы и начал. Но «Мосфинансинвест» решил по-другому.

– А мне вот никогда не везет, – жизнерадостно сообщил Беседа.

Остальные сосредоточенно разводили «Рояль». Они были так увлечены священнодействием, что даже не прервали многословных излияний бурятского великомученика. А тот с упоением принялся излагать драматичную историю своей жизни, прерываясь лишь на то, чтобы быстро прожевать сосиску и запить ее полученной-таки «Херши».