У самого Андернаха стояла такая тишина, как будто не было войны, опустошавшей этот прекрасный край. Два друга свернули на тропки, проложенные козами па гребням синеватых гранитных кряжей, меж которых бурлит Рейн. Вскоре они спустились по склону на дно ущелья, к берегу реки, в том месте, где она образовала удобную для судов гавань, у которой кокетливо расположился маленький городок.

— А красивая страна эта Германия! — воскликнул один из молодых путников, по имени Проспер Маньян, завидев разноцветные домики Андернаха, собранные кучкой, как яйца в лукошке, и разделенные деревьями, садиками, цветниками. Он с удовольствием смотрел на островерхие кровли, выступавшие балки, на деревянные лестницы, на галереи теснившихся друг к другу мирных жилищ и на лодки, тихо колыхавшиеся у пристани на речной волне…

Лишь только г-н Герман произнес имя Проспера Маньяна, поставщик схватил графин, налил воды в стакан и выпил ее залпом. Я заметил быстрые его движения, и мне показалось, что руки богача слегка дрожали, а на лбу выступила испарина.

— Как фамилия этого бывшего поставщика? — спросил я у своей милой соседки.

— Тайфер, — ответила она.

— Вам нездоровится? — воскликнул я, увидев, как побледнел этот странный человек.

— Нет, нисколько, — ответил он, поблагодарив меня за внимание учтивой улыбкой. — Я слушаю, — добавил он, кивая головой гостям, так как все сразу повернулись к нему.

— Имя второго молодого человека я позабыл, — сказал г-н Герман, — но со слов Проспера Маньяна мне известно, что его спутник был смуглый и черноволосый, худощавый и веселый. С вашего позволения, я буду называть его… ну, хотя бы Вильгельмом, чтобы придать больше ясности своему рассказу.