Недавно, при сносе старинного особняка, разго­роженного в советское время на коммуналки, мне в руки попал семейный архив начала прошлого века (за­писи неизвестного автора в тетради, отдельные листки, пачка писем, фотографии…). Всё, по большей части, ерунда, но дневник показался настолько интересным, что я приведу его здесь, местами дополненным соб­ственными вставками, поскольку тетрадь сильно по­вреждена. Так на обложке можно разобрать лишь не­кое подобие эпиграфа:

«В январе прошлого, 1928 года, на столе това­рища Будённого оказался растрёпанный, четырёх­летней давности, номер «Радиолюбителя», со ста­тьёй об удивительном открытии английского физика Гринделя Матьюза.

Каким ветром этот, сугубо научный журнал, за­несло в кабинет инспектора кавалерии РККА - так и осталось тайной (не иначе подбросили недоброже­латели), но известно доподлинно, что именно тогда Семён Михайлович и произнес свою историческую фразу:

- Гриндель Мать… его! И пошло-поехало…»

Далее три страницы отсутствуют и я начну прямо с четвёртой.

В очередях за керосином и на базаре уже вов­сю обсуждали новость, а Прохор Филиппович ещё ничего не знал. Оно и понятно, слухи не интересу­ют начальство, которому о происшествиях обязаны докладывать заместители, но последние, что обще­известно, за керосином тоже не ходят. Однако, знать Прохору Филипповичу всё-таки следовало, поскольку он, Прохор Филиппович Куропатка, являлся руководи­телем трамвайного депо имени пролетарского поэта Максима Горького, или попросту - главным по обще­ственному транспорту. А сомнительную, сладко пах­нущую скандалом информацию распространяли как раз пассажиры десятого маршрута.