Когда же наконец вернулся к реальности, то я вспомнил, что с пациентами нас учили держаться профессионально. И я решил, поразмыслив, что наиболее профессионально будет спросить его, где, он думает, находится он сейчас?

Он ответил: «в Кандалахской районной».

И это озадачило еще больше. Бред, который иногда случается после шока физического, бывает краток. И несистемен… А вот его реакция больше напоминала манию, чем лишь бред. Я предпринял и еще попытку помочь его разуму проясниться. Поинтересовался с улыбкой: полагает ли он, что будто в том Кандалахе, им выдуманном, он и родился?

Наверное, он расслышал меня не полностью. Он отвечал так, цитирую: «Нет, я родился отсюда довольно-таки далеко. В Москве. Я от нее и бежал…» И он рассказал мне, что, якобы, произошло с ним «в этой самой Москве». Он состоял сотрудником закрытого НИИ. Биофизиком. И у него была оригинальная тема научного изыскания. Необыкновенная даже для секретного института. Он изучал биополе. Точнее – математическую его модель…

В его распоряжении был мощный компьютер. Какой-то очень… Наверное, большинство ученых даже и не подозревают о существованье таких машин! И вот, на нем он и проигрывал математическую модель биополя, задавая разнообразные тесты. И он открыл…

Но только не могу я упомнить всех этих специальных (им выдуманных самим?) терминов!

Попробую хоть передать суть. Им обнаружено было, что при определенных условиях человеческие биополя… срастаются.

При этом образуется какое-то единое Суперполе.

И свойства этого Суперполя совершенно другие, чем у обыкновенных биополей.

Они…

Нет, будет все-таки лучше, если я снова буду приводить его слова совсем точно. Ведь был момент, когда я снова начал конспектировать скорописью. Я даже и не заметил, как это оно случилось, что вот, я опять сижу и торопливо покрываю бумагу знаками.

А он прочел мне целую лекцию. Несмотря на то, что все клинические показатели были на грани комы. Но далеко не только потому эта лекция была удивительнейшая из всех, какие мне довелось услышать…