Весьма было характерно, что за время нашего разговора, Петр Николаевич ни одним словом не обмолвился о существовании Р.O.A. и Ген. Власова.

Выбрав подходящий момент, я сказал: «Могу ли я спросить Вас, Ваше Высокопревосходительство, — каковы у Вас отношения с Ген. Власовым?»

— «Никакие» — последовал сухой ответ.

— «Видели ли Вы его когда нибудь и знакомы ли Вы с ним?» — задал я новый вопрос.

— «Один раз я встретился с ним в частном доме, мы разговаривали, но больше я его не видел» — ответил Петр Николаевич.

— «Верьте, Петр Николаевич», — сказал я, — «что спрашивая Вас, я руководился не простым любопытством, а гораздо более серьезными мотивами» и я рассказал ему, какие разговоры я слышал о Власове и его армии, когда посещал казачий штаб в Вене.

Он выслушал меня с большим вниманием, но ничего не сказал. Взглянув на часы, Петр Николаевич выразил сожаление, что уже так поздно, а у него еще много срочной работы. Затем, после небольшой паузы, он добавил, что его самого эта тема крайне интересует и потому было бы желательно, чтобы, в один из ближайших дней, я опять посетил его и тогда мы всесторонне обсудим этот вопрос.

Прощаясь со мной, он спросил, — был ли я уже в главном Управлении Казачьих Войск и познакомился ли с начальником штаба Ген. Семен Николаевичем Красновым

— «Мне бы хотелось знать», — сказал Петр Николаевич, «какое впечатление произведет на Вас штаб и его работа». Обещав ему выполнить это, я поблагодарил Петра Николаевича за гостеприимство, причем мы условились, что через день я снова приеду к нему.

Вернувшись к себе в гостиницу, где жил и Донской Атаман, я передал ему, в присутствии состоявшего при нем в качестве штаб-офицера для поручений, Полк.