Обитатели леса в панику убегали от пожара. Над Тандалуком, громко перекликаясь, пронеслась огромная стая попугаев. Опаленные и почти ослепшие от дыма вомбаты вылезали из нор и неуклюже трусили через дорогу, отделяющую Тандалук от лесного массива. Кенгуру огромными скачками мчались вниз по склону к спасительным лугам за рекой, которая огибала поселок. На полузатопленных в воде сучьях собирались полчища насекомых. Там, где сучья уходили под воду, они сбивались в черную массу и замирали, осторожно повЬдя усиками. Над ними сгущались облака дыма, и небо постепенно закрывала черно-серая пелена.
Поднявшийся ветер сбил направление огня. Пожар, не дойдя до Тандалука, перекинулся через шоссе и углубился в лес, примыкающий к лесопилке. Тандалукские добровольцы-пожарники не смогли его остановить. Их грузовики, громко сигналя, чтобы не столкнуться на окутанной дымом дороге, умчались к поселку.
Ветер крепчал - знойный, дышащий огнем северный ветер. Дымный воздух был напоен смолистым запахом пылающих эвкалиптов. Пожар неумолимо набирал силу. Яркие паучки пламени с трескучим шорохом взбегали по стволам деревьев. Иногда их скачущая пробежка опаляла древесные кроны. Мелкие ветки мигом высыхали и вспыхивали. С гудящим ревом огонь охватывал вершины деревьев. Верхние и нижние волны пламени все чаще смыкались. Вскоре завеса огня стала сплошной - она поднялась на несколько сот футов вверх.
Верховой огонь двигался теперь впереди низового. Рвущийся вверх горячий воздух, закручиваясь огненными смерчами, обламывал пылающие ветки, и они взлетали над лесом. Ветер валил молодые деревца.