— Возможно, — вежливо сказал Дронго.

Они выпили еще по бокалу вина, и, захватив апельсин, он вышел на палубу. Приятный морской ветер освежал лицо. В Греции лучше проводить время на море, чем на суше. Яхта была большая, с четырьмя каютами и большой кают-компанией, в которой запросто могли разместиться человек десять-пятнадцать. Дронго прошел к рубке. Фатос стоял, неподвижно глядя перед собой. Он даже не повернул головы, когда услышал шаги за спиной.

— Ты из Албании? — неожиданно спросил по-турецки Дронго.

Фастос вздрогнул. Повернул голову, он взглянул на незнакомца.

— Вы знаете турецкий? — спросил он.

— Да, — кивнул Дронго. — Ты не ответил на мой вопрос.

— Мы из Албании, — кивнул Фатос, — наша семья жила на юге у моря. Когда началась война, мы бежали в Грецию. Сейчас я здесь.

— Давно работаешь у Хаузера?

— Четыре года.

— Нравится?

Фатос еще раз взглянул на незнакомца. Очевидно, еще никто не задавал ему подобных вопросов.

— Да, — сдержанно сказал он.

Дронго вышел из рубки. На палубе стоял Леру. Он смотрел куда-то в сторону архипелага. Было начало мая, и солнце заходило за горы, освещая море и небольшие острова, раскинувшиеся на их пути. Здесь были почти библейские места.

— Красиво, — задумчиво сказал Леру.

— Очень, — согласился Дронго. — Они давно женаты?

— Вы о ком? — обернулся к нему француз. — Ах, о нашем лорде. Это уже третья жена Александра Столлера, и, думаю, не последняя. Он любит женщин, и они отвечают ему взаимностью.

— Я это уже понял.

— Они женаты шесть лет. Познакомились, когда Инес была ведущей телевизионных передач. Тогда она выглядела совсем неплохо. Она бывшая спортсменка, занималась горнолыжным спортом. Но пятьдесят два года — это уже предел. Она держится как может, но иногда срывается…