Сказал только, что его дядя и его брат - оба внезапно умерли. В то время дом состоял из одной кирпичной стены, неумело сложенной рабами, к которой был пристроен крытый соломой сарай, поделенный на комнаты и заваленный обглоданными костями и прочими отбросами. Все это находилось посреди занимавшего десять тысяч акров великолепного, скорее похожего на парк леса, в котором олени паслись, как домашний скот. Дуум и приезжая женщина поженились незадолго до того, как родился Иссетиббеха, - их повенчал странствующий священник, он же торговец рабами, совершавший свои объезды на муле, к седлу которого был приторочен зонтик из хлопчатобумажной материи и большая оплетенная бутыль с виски, вместимостью три галлона. Дуум стал, по примеру белых, приобретать рабов и возделывать часть своей земли. Но рабов было много, и работы для них не хватало. Большинство негров пребывало в полной праздности и вело образ жизни, целиком перенесенный из африканских джунглей, кроме тех случаев, когда Дуум травил их собаками для развлечения гостей.

Когда Дуум умер, сыну его Иссетиббехе было девятнадцать лет. Он стал владельцем всех земельных угодий и целой толпы рабов - за это время их стало раз в пять больше, - которые ему были ни на что не нужны. Он носил титул вождя, но существовала еще целая иерархия дядей и двоюродных братьев, которые и управляли племенем. Они в конце концов собрались на совет по негритянскому вопросу. Глубокомысленно сидя на корточках под золотыми надписями на дверях кают, они обсудили эту проблему со всех сторон.

- Мы не можем их съесть, - сказал один.

- Почему нет?

- Их слишком много.

- Это верно, - сказал третий. - Если начать их есть, придется съесть всех. А есть столько мяса вредно для здоровья.

- Может, у них мясо, как оленина. Тогда это не вредно.

- Ну так перебить тех, что лишние, но не есть, - предложил Иссетиббеха.

Минуту все смотрели на него.

- Зачем? - сказал кто-то.

- Нет, это не годится, - сказал другой. - Этого нельзя. Они нам слишком дорого стоили. Вспомните, сколько у нас было хлопот - придумывать для них работу. Надо делать, как белые.