В продолжение всего дня Поуни Перес шёл по тропе, оказавшись за час до заката в виду отдалённых тонких спиральных дымков над очагами, на которых готовился ужин.

Ненадолго задержавшись, он рассмотрел холмистую окрестность, лежавшую перед ним. Затем, поцокав тихонько Сози, своему светло-каурому мерину, вернул пони назад, на тропу. Через полчаса осторожного продвижения по обходной балке, параллельно стойбищу, тропа вывела его на невысокий гребень холма, открыв вид, от которого у следопыта вырвалось дыхание со свистом, резким, словно пуля в полёте.

Внизу перед ним расстилалось что-то около двухсот палаток лагеря оглала-сиу, жирные дымки лениво поднимались над дымоходами типи, медленно тая, бело-синие в зимних сумерках. Но не число палаток вызывало у него порывистый вздох, а табун лошадей.

Перес был в состоянии распознать любую крупную деревню сиу по его лошадям. Глядя на лошадей, он мог сказать, чьё стойбище перед ним — а это стадо было видно хорошо. Он знал этих коней так же хорошо, как знают соседских собак. Поворачиваясь к Сози, морду которого он держал плотно укутанной, прошептал:

— Хо, ты, Сози! Узнаёшь своих друзей вон там?

Маленький каурый нервно встряхнул ушами, пока его странноватые прозрачные глаза следили за пасущимися внизу животными.

— Может, теперь нам удастся раскрыть уши этой медной голове? — Скаут имел в виду полковника Фентона. — Погоди, мы поведаем ему, кто там крадётся в Волчьих горах с пятью сотнями воинов. Айй-и-и!

Перес быстро проделал весь путь вниз по заднему склону холма, ведя свою каурую лошадку в поводу по заледенелому насту. Внизу он помедлил; и вот резкий порыв ветра налетел в тишине балки.

— Наш друг сиу там, за холмом, приходит не один, — пробормотал он, раскутывая ноздри мерину. — А ты чуешь, что я чую, старина Сози?