— А как это все случилось?

— Сейчас все расскажу. Пойдемте в гостиную, ребята. Дам вам что-нибудь выпить.

— Вы так добры, Гретхен, — сказала Клер, — но я должна увидеть Этель. Где она?

— Она в частной больнице. Но все же вам следует подождать до утра. Так поздно посетителей туда не пускают.

— Но я обязательно должна ее увидеть, — возразила Клер. — Не сомкну глаз, если ее не повидаю. Я ужасно беспокоюсь.

Гретхен вздохнула:

— Хорошо, дорогая. Мы можем попытаться. Дай мне минутку, чтобы одеться, и я покажу вам, где эта больница.

Она провела нас в темную гостиную, выключила телевизор и зажгла свет. На столике перед диваном стояла почти полная бутылка пива. Она налила мне пива в стакан, и я с удовольствием его выпил. Клер отказалась. Она была очень взволнована, даже не могла сидеть.

С минуту мы стояли и смотрели друг на друга. Потом вернулась Гретхен, застегивая молнию на своих массивных бедрах.

— Все в порядке, ребята. Машину ведите вы, мистер Арчер. Я выпила пару бутылок пива, чтобы успокоить нервы. Вы не поверите, но я поправилась на пять фунтов с тех пор, как Этель сюда вернулась. Я всегда толстею, когда волнуюсь.

Мы пошли к моей машине и поехали в сторону огней Сан-Диего. Обе женщины сидели со мной на переднем сиденье, и я чувствовал тепло, излучаемое пышным телом Гретхен.

— Этель была здесь перед тем, как все это случилось? — спросил я.

— Конечно. Она была здесь целый день. Сначала появилась дней восемь или девять назад — во вторник на прошлой неделе. Я ничего о ней не слышала несколько месяцев после того, как она написала мне, что едет в Неваду разводиться. Она приехала рано утром. Я еще спала. Как только я ее увидела, сразу поняла: что-то случилось. Она была испугана, очень испугана. Лицо бледное, зубы стучат. Я напоила ее кофе, сделала теплую ванну, чтобы она согрелась. А потом она рассказала мне, что случилось.