- Не называйте мне конкретных имен, - сказал он, - и не говорите, пожалуйста, что все ваши пациентки - замужние женщины, потому что я вам все равно не поверю.

Матрона улыбнулась и залпом выпила свой первый бренди.

- Я уже говорила вам, что в нашей больнице были всякие, но пусть вас это не пугает. Мы - очень порядочное учреждение.

- Я не из пугливых, - произнес Блэк, - да и моя жена тоже.

Матрона опять улыбнулась.

- Чувствуется, что вы хорошо знаете свою жену, - сказала она. - К сожалению, большинство мужчин не знает. У нас бы тогда было меньше слез. Она подалась вперед, ближе к нему, что предполагало доверительность того, что она собиралась сказать. - Вы бы были просто ошеломлены, если бы узнали, какие дела у нас творятся. Конечно, я не имею в виду порядочных, состоящих в законном браке людей, подобно вам. А тех, которые однажды поскользнулись. Они приходят сюда, чтобы просто завершить свой неприятный бизнес. А еще претендуют называться людьми из высшего общества, все такие прекрасненькие и порядочные. Но я-то знаю, меня не обманешь. Слишком уж долго я играю в эту игру. У нас были и титулованные пациенты, разные там миссис, и их мужья, которые думали, что они в отпуске на юге Франции. Ничего подобного. В результате они имеют то, на что совершенно не рассчитывали, - "Вид на море", наше заведение.

Блэк заказал еще бренди.

- Что случается с нежелательными детьми? - спросил он.

- О, у меня много контактов, - быстро ответила она, - на этом свете имеется много приемных матерей, которые не откажутся от двадцати пяти шиллингов в неделю до того момента, когда ребенок достигает школьного возраста. И никто не задает никаких вопросов. Иногда я встречала в газетах фотографии настоящих матерей. Обычно я их показывала сестре, и мы вдвоем тихо смеялись. В родильном блоке у них не было таких прелестных улыбок, бывало, говорила я ей. Да, я, пожалуй, напишу мемуары. Осмелюсь сказать, что они чего-нибудь да будут стоить; даже думаю, что будут распродаваться не хуже горячих пирожков.