Можно считать, что Блэк временно потерпел неудачу. Но он, говоря военным языком, не был разбит окончательно. Он считал, что, взявшись однажды за какое-либо дело, нужно довести его до конца. И хотя в данном случае проблема представлялась крепким орешком, ему было больно смотреть на агонию морального духа сэра Джона.

- Знаете, сэр, - обратился Блэк к Джону Фаррену, - в случаях, подобных нашему, мы часто пользуемся приемом, когда прослеживается вся личная жизнь интересующего нас человека, начиная буквально со дня его рождения. Если не идти так глубоко, а ограничиться только анализом недавнего прошлого - это, как правило, к успеху не приводит. Я, с вашего разрешения, обшарил каждый дюйм стола вашей супруги, исследовал все ее бумаги и корреспонденцию, но не нашел ничего такого, что бы дало мне хоть малейший намек на характер беспокойства, возникшего в ее разуме и приведшего к несчастью, если, конечно, что-то подобное вообще имело место. Вы говорили мне, что встретились с леди Фаррен - мисс Марш, таково ее девичье имя - во время поездки в Швейцарию. Она жила со своей больной теткой, мисс Верой Марш, которая воспитала ее, поскольку родители девочки рано умерли.

- Да, это так, - ответил сэр Джон.

- Они жили в Сиерре, а также в Лозанне, и вы познакомились с обеими мисс Марш в доме общей подруги в Сиерре. У вас завязалась дружба с младшей мисс Марш, а к концу вашего отпуска вы уже были от нее без ума, так же как и она полюбила вас, и вы попросили ее быть вашей женой.

- Да.

- У старшей мисс Марш не было возражений; на самом деле она была в восторге. Между вами была достигнута договоренность, что вы будете выделять ей сумму на содержание, достаточную для нее самой, а также ее компаньонки, которая бы заняла место племянницы в уходе за престарелой. Через пару месяцев или около этого вы венчались в Лозанне.