Брукс помолчал. В наступившей тишине послышалась пронзительная трель боцманской дудки. Видно, с проходящего корабля.

– Скажите, адмирал Старр, – продолжал он невозмутимо, – неужели мы должны по средневековому обычаю; плетями изгонять из грешника дух безумия? А может быть, следует утопить его? Вы, верно, также считаете, что месяц-другой карцера – лучшее лекарство от туберкулеза?

– О чем вы говорите, Брукс? Объясните, ради Бога. «Карцер, плети»? Что вы плетете? Извольте объясниться! – нетерпеливо забарабанил пальцами по столу Старр. Брови его высоко поднялись, лоб наморщился. – Надеюсь, Брукс, – сказал он елейным тоном, – вы извинитесь за эту вашу… э… дерзость.

– Я уверен, коммандер Брукс не имел намерения дерзить вам, – проговорил до этого молчавший Вэллери, командир «Улисса». – Он лишь имел в виду…

– Позвольте мне, господин капитан первого ранга, самому решать, кто что имеет в виду. Я вполне в состоянии это сделать. – Старр натянуто улыбнулся. – Что ж, продолжайте, Брукс.

Брукс внимательно посмотрел на вице-адмирала.

– Извиниться, вы говорите? – Он устало улыбнулся. – Не знаю, сэр, сумею ли я это сделать.

Тон и смысл сказанного задели Старра, и он побагровел.

– Однако объясниться попытаюсь, – продолжал Брукс. – Возможно, это принесет некоторую пользу.

Несколько секунд он молчал, положив локти на стол и запустив пальцы в густую серебристую гриву. Потом вскинул голову.

– Когда вы в последний раз ходили в море, адмирал Старр?

– В море? – спросил, нахмурясь, Старр. – А что вам за дело и какое это имеет отношение к нашему разговору? – прибавил он неприязненно.

– Самое прямое, – резко возразил Брукс. – Прошу вас, адмирал, ответить на мой вопрос.

– Полагаю, вам хорошо известно, – ровным голосом произнес Старр, – что с начала войны я служу в штабе флота. На что вы намекаете?