Первые проблески зари давали достаточно света, чтобы налетчики имели возможность произвести отбор. Им не нужны были люди, согбенные годами и тяжким трудом или с явными изъянами. Молодой человек с сильно изувеченной ногой был отвергнут, равно как и полоумный, который беспомощно вертел головой из стороны в сторону, пытаясь понять, что за свалка происходит вокруг. Младенцев тоже отбрасывали. Один из разбойников походя вырвал младенца менее шести месяцев от роду из рук матери и сунул дитя стоявшей рядом старухе, словно то был ненужный сверток. Мать же он толкнул в избранную группу крепких мужчин и женщин с детьми, которым было не меньше пяти лет, во всяком случае, на первый взгляд.

Однако схватили не всех. Налетчики всполошились, когда заметили какую-то фигуру, бегущую по дороге в сторону от моря. Два разбойника пустились было в погоню, но громкий оклик заставил их вернуться к товарищам. Беглец, конечно, позовет на помощь, поднимет местную стражу, но пришельцы хорошо знали, что деревня стоит на отшибе и помощь все равно опоздает. И продолжали отбор спокойно и деловито.

Гектор выбрался из кровати и еще натягивал штаны, когда дверь его комнаты распахнулась. Кто-то поднял фонарь, свет ударил в глаза. За светом Гектор различил очертания трех фигур, ворвавшихся в комнату. К нему потянулась сильная мускулистая рука, и он увидел усатое лицо. Он, изогнувшись, отпрянул от хватающей руки, но наткнулся на другого, зашедшего сзади. Тот обхватил его за пояс, в ноздри ударил запах пота и еще какой-то странный аромат. Гектор отчаянно пытался вырваться. Потом откинул голову назад, как делал, когда боролся с друзьями в мальчишеских играх, однако на этот раз резко, со злобой. Угодил затылком прямо в лицо врагу и с удовлетворением услышал звук удара. Человек, крякнув от боли, ослабил хватку, и Гектор вывернулся.