Двести лет было у нас тихо.
В 310 году явились в Тавроскифию миссионеры Патриарха Иерусалимского — епископы Василий и Ефрем. Кругом царили языческие безобразия – поедание сырой пищи и стриптиз при луне. Ефрем и Василий многие годы старались это прекратить, но едва наметились подвижки в массовом сознании, как император Диоклетиан наградил обоих «мученическим венцом». «Венцы» были надеты 7 марта 323 года.
На пустое место прибыли трое новых миссионеров. Продержались ровно год, и 7 марта тоже были казнены «жидами и язычниками»… Нехорошее слово «жид» здесь и далее следует понимать исключительно в религиозном смысле. У нас им иногда припечатывают граждан с хитрым выражением лица, подозрением на еврейскую кровь или причастность к банковскому делу. Но отставим быт. Наша церковь официально именует «жидами» или «жидовствующими» исповедников и проповедников иудейской, дохристианской религии. Необходимыми атрибутами «жидовства» является иудейская вера, посещение синагоги, оперативное вмешательство в личную жизнь и готовность умереть, но не чихнуть в день субботний. В кино «жида» можно также узнать по широкополой высокой черной шляпе, черному пальто в 40-градусную жару, мексиканскому пончо и завиткам от бигудей… Пока жидовствующие зачищали Крым, в Риме воцарился Константин Великий. Он сделал христианскую церковь государственной и разрешил христианам жить в свое удовольствие. Дошла благая весть и в наши края. Гонец Константина Еферий прибыл в Херсонес, но попал неудачно — на проклятый день календаря 7 марта 325 года — и тут же на месте скончался. Ему на смену прибыл новый пастырь — Капитан. Но едва Капитан взялся за штурвал скифского православия, как набежали язычники, стали кричать, плеваться и требовать Чуда. Чудо было охотно представлено.
Вот первое протокольное христианское Чудо на нашей земле.
Капитан велел построить печь в человеческий рост, истопить ее, не жалея дров, перекрестился и на глазах изумленной публики вошел в огонь, где оставался благополучно в течение часа. Народ удивленно рассматривал праведника в языках пламени через прикопченые стекла. По прошествии времени Капитан вышел из геенны огненной и подвергся медосмотру. Никаких ожогов никакой степени на нем не нашлось.