«ISKONI BE SLOWO...»...

Так нет же. Он начал «прислушиваться к звучанию» болгарской, моравской, еще какой-то славянской речи, и ПОД КАЖДУЮ!!! лепить особый алфавит, заимствованный в основном из греческого, но в изрядно искаженной форме. Ну, не нравится тебе латиница, так ты хоть греческий алфавит не курочь! А покурочил, так остановись на чем-то одном! Нет. Он вдалбливал свои недоделанные алфавиты всем попутным народам, улучшал кириллицу по дороге, и в следующую столицу приходил с «улучшенной» версией. Если бы тогда коммуникации и международные отношения были, как сейчас, то мы бы от Windows'862 к Windows'866 и без посторонних перебрались. А так пришлось в одних славянских языках вообще отказаться от кириллицы, в других — вот несчастье! — вводить разные тильды, пимпочки и примочки. Славянские языки превратились в вавилонское сборище и вопят скорее матерными, чем ангельскими голосами. Особенно это слышно, когда продираешься через кодировки электронной почты.

Святой наш Отец восторженно вздыхает о «прекрасной заре народной письменности», он гордится, что «в ныне просвещеннейших странах — Англии, Франции, Германии... и мысли о том еще не имели»...

Повезло людям.

В итоге после «второго крещения» кириллицей славянская культура оказалась размытой, отколотой от Запада, и раскол этот ширился, разрастался взаимным непониманием между братскими народами.

Вот таким казенным кнутом и церковным пряником хлестнули нас несчастные 9-й и 10-й века.

И понеслась русская Тройка!...

Впрочем, почему Тройка?

Мы же только два коня насчитали — троянское православие и оккупационную государственность?

А в том-то и дело, что эти два говорящие коня стали навязчиво спрашивать у нас, не желаем ли мы, русский народ, быть третьим в их упряжке?

«Не-а!» — мычим мы на чистом русском языке.