- А вы? - волнуется Ирэн. - Я тоже,- не моргнув глазом успокаиваю я ее. - Это неразумно,- воркует она. - Почему? - возмущаюсь я.- Горячая вода тут есть, мягкий матрас тоже. Мисс Провинция смеется смехом из комической оперы. Именно в это время происходит невинное на первый взгляд событие: звонит телефон. Принимая во внимание поздний час, этот звонок меня тревожит. - Вы не собираетесь снимать трубку?- удивляется Ирэн. Именно над этим вопросом я и ломаю себе голову, Кто это может быть? Мама? Старик? Приятель? Я решаю, что это мама хочет убедиться, что я хорошо доехал, и беру трубку. Не угадал: это Старик. - Слава богу!- кричит он. Строго между нами, лично я не вижу причин славить создателя. Если бы я прислушался к моему внутреннему голосу, то выбросил бы телефон в помойное ведро и продолжил бы увлекательный диалог с Ирэн. Но вы же меня знаете: долг прежде всего. Вместо того чтобы прислушиваться к своим низменным инстинктам, я слушаю своего начальника, говорящего следующее: - Я позвонил вам на всякий случай, мой дорогой Сан-Антонио, хотя прекрасно знаю, что вы в отпуске. С одним моим другом, известным издателем месье Пти-Литтре, произошло нечто крайне необычное. Представьте себе, что во время вечера, который он организовал в своем особняке в Нейи, две трети гостей почувствовали себя плохо. - Может, лангусты попались несвежие?- предполагаю я с горечью, вполне понятной любому, кто не является полным идиотом. Лысого мое замечание не веселит. - Это гораздо серьезнее, чем пищевое отравление, мой милый. Пти-Литтре один из немногих присутствующих, кто не почувствовал эти симптомы. Перепугавшись, он позвонил мне. Он крайне расстроен. - Ему повезло, что это не желудочное расстройство,- не удерживаюсь я, чтобы не сиронизировать снова. Старик продолжает излагать: - Как вы понимаете, он не захотел заявлять в полицию... Его гости принадлежат к парижскому высшему обществу и... Ну разумеется, разве же могут заниматься этими персонами жалкие легавые из районного комиссариата.