– Кажется да, – смутился я. – Нет, извини, я … Не хочу. Как подумаю про тухлое мясо…

– Да ты какой-то слабонервный. – Максим, казалось, обиделся. – А ты когда-нибудь видел, как лобстеров вылавливают? Между прочим, тоже на гнилую рыбку. А в магазине по сорок долларов за фунт продают. Вот тебе и арифметика, все просто: покупаешь оптом здесь, продаешь – там, навар идет, все довольны. Малайзийским товарищам тоже надо отстегивать, ты бы видел, как я их здесь принимаю! Как королей, в «Хилтоне» самый шикарный номер, рестораны, девочки… Кстати, напомни, в следующий раз тебя с собой прихвачу. Сейчас, я посмотрю, когда они должны приехать. Ты как, это… – Максим сладострастно засопел. – Азиаточек любишь? – Он открыл записную книжку. – Красавицы… Скажем, двенадцатого августа с трех до семи утра ты свободен?

– Да нет, спасибо, я как-нибудь в другой раз… – поборов нездоровое любопытство, я временно сохранил супружескую верность.

– Ну все равно, напомни, как-нибудь тебя свожу. – Максим заметил мое замешательство. – Застеснялся. Да ты не волнуйся, оттянись, все ведь схвачено. Всю жизнь потом вспоминать будешь. Чего там, один раз ведь живем. Так? Правильно?

– Ты про осьминогов рассказывал, – голос мой стал тонким и противным, и почему-то вспомнилось искушение святого Антония.

– Значит, эти ребята добычу организовали. Они, в свою очередь, рыбакам отстегивают, но уже поменьше. Это как перевернутая пирамида: деньги все у меня, а чем от меня дальше, тем меньше их становится.

– Ну хорошо, а что я, собственно, могу… – Я замялся. – Я не понимаю…

– А вот за это ты не переживай, свой человек еще никому не мешал. А потом, я, собственно, здесь на тебя рассчитываю, – в будущем начнем контракты заключать. Я крупным бизнесом заняться решил. Тяжелой индустрией, военно-промышленным комплексом.