Николай Наседкин

Криминал-шоу

Повесть

I

День начался, конечно, со скандала.

Да, этот роковой для Игоря летний день начался с тривиального семейного скандала, как пишут в милицейских корявых протоколах, - на почве пьянства.

Игорь не спал уже с шести. Испарина, словно душный полиэтилен, облепила тело. Жидкие мозги под черепной коробкой побулькивали-кипели. В горле будто непрожеванный кусок застрял - сглотнуть его никак не удавалось. В животе по кругу крысой ползала жгучая боль, покусывая и царапая внутренности. Каждое прикосновение студенистого тела жены приводило в бешенство. А она, по своей дурацкой привычке, во сне жалась к нему, пыталась навалить поперек тяжелую ногу, перекидывала пухлую руку через шею. А на этом разборном диване-недомерке и не отодвинешься. Надо было, идиоту, на раскладушке лечь.

"Эх, вторую бы комнату!" - мерцнула в воспаленном мозгу всегдашняя мысль.

Что всего более досадно - сам Игорь в своих страданиях виноват. Нет, не в том, что вчера до положения риз напился, ужрался в зюзю, а в том, что не утерпел и перед самым сном жидкую заначку вылакал-таки. На кухне, на одном из шкафов, громоздилась батарея всяких экзотических бутылок: керамическая из-под рижского бальзама, литровая из-под венгерского вермута "Кармен", пузатая из-под болгарского бренди "Солнечный берег", мерзавчик стограммовый из-под американского виски "Ковбой"... И там, в этой коллекции, среди прочих укромно пряталась плоская фляжка из-под коньяка "Дербент" - похмельный тайник Игоря. Накануне он, по традиции, предусмотрительно заправил в "Дербент" граммов сто пятьдесят лекарства - на утро.

Ах, как бы он сейчас тихо-тихонечко встал - ни единая пружина треклятого дивана не посмела бы скрипнуть; как бы он на цыпочках, прямо так - голышом, прокрался на кухню; как бы выудил осторожно драгоценный "танкер" из стеклянной эскадры и... И, пожалуйста, перед тем как свалиться спать - всю водку выжрал. Как будто мало было пьяному скоту!