Гриша задумался. Потом тряхнул копной густых чёрных волос.

- Знаешь ли, что я тебе скажу?

- Что?

- Давай меняться!

Оба расхохотались.

- Тебе легко шутить: тебя зовут Гришей, а не Гершкой...

- Давай меняться! - повторил Гриша серьёзным тоном.

Но Гершка продолжал:

- Если бы тебя звали Гершкой и тебя коснулся циркуляр о процентной норме...

- Не мели вздора... Какое отношение имеет к тебе процентная норма? Ведь у тебя золотая медаль.

- Грош ей цена! Мало ли медалистов осталось в прошлом году за бортом? Им пришлось продать последнюю пару штанов, чтоб сколотить деньги на душераздирающую телеграмму министру.

- Ну?

- Ну-ну.

- Что "ну-ну"?

- Дурень ты, вот что! Им даже не ответили. Помилуйте! "Жиды" осмелились телеграфно побеспокоить его высокопревосходительство! Какова наглость! Хорошо ещё, что их не засадили в узилище. Они отделались высылкой из города, потому что истёк срок их права на жительство. То же будет и со мной.

- Вздор! С тобой этого случиться не может: у тебя медаль!

- Мул длинноухий! Далась тебе эта медаль! Затвердила сорока Якова...

- Так вот, я и предлагаю тебе обменяться положениями.

- Экое несчастье: вы, русские, никак не можете понять нас!..

- Тьфу! С тобой не сговоришься. Даже в пот бросило.

Гриша вытер лоб и, смеясь, придвинулся к Гершке, схватил его руку:

- Выслушай Гершка: я серьёзно предлагаю тебе обмен.

Гершка как будто теперь только расслышал то, что упорно повторял Гриша.

- Какой обмен?

- Аттестатный. Ты отдашь мне свой аттестат с пятёрками, я тебе - свой, с тройками сплошь. Ты станешь Гришей, я - Гершкой. Раскусил?

- Ты что - спятил или глупо шутишь?