Когда я несколько часов спустя проснулся, тут же заметил, что офицеры, тоже отдыхавшие поблизости, уже успели улепетнуть.

Вот я и предложил своему товарищу, тому самому, который привел меня в чувство и с которым мы сюда пришли: «Давай-ка тоже делать отсюда ноги, лучше все же не идти скопом, так безопаснее».

Нас собралось пять человек, и мы проскользнули к краю поля. И тут где-то неподалеку раздался шум моторов. Почти рядом пролегала дорога, по которой двигалась колонна грузовиков русских. Мы замерли. Когда машины прошли, мы по одному перебежали дорогу. Так мы шли весь день, потом набрели на какое-то болото.

Трудно было идти по трясине и, самое главное, медленно. А тут еще и эти проклятущие комары. Но зато множество кустов, за которыми не составляет труда укрыться. И вот у одного из них мы решили сделать привал. Солнце палило как в тропиках. И пить хотелось страшно. Пришлось довольствоваться затхлой водой из луж. Едва утолили жажду, как дал о себе знать голод. И мы решили передвигаться только в темное время суток, а днем где-нибудь отсиживаться.

Но все вышло не так, как мы задумали. Едва мы скинули сапоги, чтобы дать отдых натруженным ногам, как услышали гул разведывательного бронетранспортера. Машина перла прямо на нас, наверняка русские заметили нас и торопились разделаться с нами. Не доехав пару десятков метров, бронетранспортер замер на месте. Двое русских сидели впереди, а трое стояли за пулеметом. Ствол медленно повернулся к нам. «Ну, все, — подумал я, — вот и пришел твой конец». Мы все едва не наложили в штаны от страха и неожиданности. Русские жестами дали понять, чтобы мы сдавались. А мы понятия не имели, как в данной ситуации поступить. И вот в одну секунду мы бросились врассыпную, как перепуганные куры. И тут же за спиной затрещал пулемет. Но пули на удивление прошли поверх голов.

Ведь им ничего не стоило перестрелять нас, как зайцев. Как мне представляется, они не пошли на это потому, что мы побросали наши винтовки. Как, разумеется, и сапоги. Отмахав несколько метров, я сообразил, что и носки тоже потерял. Добежав до кустарника, мы залегли и прислушались. Русские не бросились за нами вдогонку.