Подполковник горячо возразил:

- Милый мой, любой современный сыщик очень даже запросто даст сто очков форы знаменитости с Бейкер-стрит. Знаменитому сыщику и не снились новейшие достижения криминалистики. Но всегда в сыске ценилось умение мыслить, умение переиграть соперника интеллектуально. А великие сыщики были и есть в любом сыске мира. Их много.

- Тогда почему мы так мало, а вернее, почти ничего, не знаем про других?

- А именно потому и не знаем, - усмехнулся подполковник и потрепал меня по плечу, - что Шерлоков Холмсов было, есть и будет много, а бескорыстный и простодушный, начисто лишённый напыщенного честолюбия доктор Ватсон был один.

Я поразмышлял над его словами и вынужден признать, что он во многом прав. Мало кто отважится добровольно встать в тень великого, или просто очень яркого и крупного человека. Я отважился.

И с самого первого дня нашего знакомства с подполковником веду записки, тщательно фиксируя, и по возможности анализируя всё с нами происходящее.

Честно говоря, когда я брался за эти записки, я внутренне надеялся, что мы будем сидеть свободными от погонь и перестрелок вечерами в нашей с ним квартире, в которой я выменял себе комнату бывшего соседа подполковника, пить кофе, и он мне будет рассказывать захватывающие истории из своей многолетней практики офицера спецназа, которые я буду только успевать записывать...

Как бы не так! На все мои расспросы он кратко отвечал, что служ ба есть служба, и ничего на ней интересного не происходит. И вообще, мало ли что может нарассказывать любой человек? Другое дело - теперь. Вот теперь я могу в своё удовольствие описывать всё увиденное глазами очевидца.

Я понадеялся на это. И что же? Если не считать истории с "золотым мальчиком", с которой, собственно, и началось наше знакомство с подполковником, и в которой было действительно всё: и погони, и перестрелки, и напряжённый поиск, и неожиданная развязка, словом, всё, то больше ровным счётом ничего не случалось.