Правда, все вокруг (особенно "живопись") носило отпечаток извращенных вкусов хозяина (перед смертью гуру Рукосуев достаточно порассказал о его грешках) и буквально пропиталось злом. Колдуна в доме не оказалось. "В мастерской, наверное, химичит", - догадался я, спустился в подвал, взял голубчика тепленьким и инсценировал самоубийство. Крюк под потолком, предназначенный, очевидно, для каких-то дьявольских целей, пришелся очень кстати, появление ведьмы Иры (обезумевший от страха Васиглоб сдал возлюбленную с потрохами) прибавило мне работы. Узнав о мерзких преступлениях и гнусных наклонностях девицы, я, не колеблясь ни секунды, решил прикончить стерву.

- Мессир, я вся сгораю от нетерпения! - игриво повторила она, спускаясь в подвал по узкой железной лестнице, поправила прическу, увидела болтающийся в петле труп, побелела, как простыня, и застыла в шоке. Ирина Мясникова, она же Гелла, произвела на меня паскудное впечатление. Хотя девица обладала стройной фигурой и правильными чертами лица, сквозь привлекательную оболочку просвечивала грязная, гнилая душа. Я не сумел сдержать брезгливую гримасу.

- П-почему?! З-за ч-что?! - косноязычно промямлила она.

- Загляни в холодильник, - посоветовал я. - Труп ребенка тебе ни о чем не напоминает?

Поняв наконец, кто я такой и зачем пожаловал, ведьма торопливо зашарила в сумочке, однако я успел опередить ее, перехватил кисть и с силой сдавил. Миниатюрный "парабеллум" вывалился на пол.

- Не рыпайся, дрянь! - Свободной рукой я перекрыл ей сонные артерии. Гелла-Ира потеряла сознание. Старательно обыскав сумочку (в резиновых перчатках, разумеется, которые я не снимал с момента захода в дом), я обнаружил там шприц и несколько ампул с наркотиками. "Смерть от передозировки! Вполне подходит. Комар носа не подточит!"

Усадив бесчувственную ведьму на стул в углу, я вколол ей в вену смертельную дозу. Пистолет забирать не стал. Вполне возможно, он зарегистрирован.