– Сестра мне поверит. И Виллард. – Мартин повернулся и зашагал в ту часть сада, где на столах догорали свечи. – А что до остальных – посмотрим. – За спиной он слышал шаги Баумана.

– Погодите минуточку, – сказал Бауман.

Мартин остановился. В молчании смотрели они друг на друга.

– Из-за этого вы задержались еще на день? – спросил Бауман с сухим смешком.

– Да.

– Я так и подумал, – кивнул Бауман. Тыльной стороной ладони он потер щеку, негромкий сухой шорох выдал проступившую небритость. – Ну ладно, – сказал он равнодушно, – предположим, что это был я. Что вы от меня хотите?

– Я хочу знать, что вы там делали.

– А какая вам разница? – спросил Бауман. Теперь он говорил, как упрямый, своевольный ребенок, в голосе у него прорывалась высокая хныкающая нотка. – Я что-нибудь украл? Я что-нибудь сломал? Если это так важно – считайте, что я наносил визит.

– Это с помощью лестницы? Ничего себе визит!

– А не надо оставлять лестницы где попало, – устало бросил Бауман. – Слушайте, оставьте меня в покое. Уезжайте в свою Францию и оставьте меня в покое, а?

– Что вы там делали? – настаивал Мартин.

Бауман нелепо и безнадежно взмахнул руками.

– Я делал очередной обход, – сказал он.

– Последний раз вас спрашиваю. И предупреждаю, я обращусь в полицию.

Бауман вздохнул.

– Я же только наблюдаю, – прошептал он. – Я никому не делаю зла. Мальчик, прошу вас, оставьте меня в покое.

– Как это понять – наблюдаю?

Бауман беззвучно захихикал.

– Наблюдаю за счастливчиками, – проговорил он кокетливо, как молодая девица, и Мартин на мгновение усомнился, нормален ли этот человек, что стоит рядом с ним на залитой лунным светом росистой траве. – Вы даже представить себе не можете, сколько счастливчиков на первый взгляд живет вокруг. – Теперь он словно сообщал что-то по