Судья (к публике). Столько треволнений меня доконают. Я физически ослаб, и чрезмерные требования мне не по плечу. Уже два месяца, как нам задерживают жалованье. Положение весьма неустойчиво, а мне нужно заботиться о своей семье. Сегодня утром я выпил чашку жидкого чая с черствой булкой. На пустой желудок нельзя судить по закону. Человеку, который остался без завтрака, не верят, у него нет напора. Тогда и самые законы блекнут.

В приемную вбегают адвокаты де Гусмана в развевающихся мантиях; за ними

несколько помещиков.

Адвокат-чух (в приемной, другому адвокату). Не выходите из адвокатской комнаты. Вам, как чиху, я не советую выступать публично.

Адвокат-чих. Постарайтесь упрятать его на недельку в тюрьму. Я бы и сам не прочь посидеть.

Адвокат-чух и помещики выходят во двор.

Крики. Да начинайте же!

- Уже темнеет, как же мы его будем вешать в темноте?

Судья. Прошу публику по крайней мере усесться как полагается: Сначала нужно разобрать дело. Нельзя же так неорганизованно. (Госпоже Корнамонтис.) Кто вы такая?

Госпожа Корнамонтис. Эмма Корнамонтис. Владелица кофейни "Парадиз", Эстрада, дом номер пять.

Судья. А что вам тут нужно?

Госпожа Корнамонтис. Ничего.

Судья. Зачем же вы сюда пришли?

Госпожа Корнамонтис. Примерно полчаса тому назад у моего дома собралась толпа и потребовала, чтобы одна из моих официанток - вот эта самая - пошла в суд. Я отказалась отпустить ее, и меня тоже заставили пойти. Меня все это дело совершенно не касается.

Судья. А вы и есть та девушка? Будьте любезны сесть вот сюда, на скамью подсудимых.

Голос из толпы. Ого!

В толпе слышны свистки.

Там место не ей, а кое-кому другому.

Транспарант: "Правительственные войска оказывают наступающему Серпу упорное