Много страниц посвятил Чичестер трудностям плавания, нелегкому быту, своему психическому и физическому состоянию, многочисленным техническим подробностям по управлению яхтой. Но все это не утомляет читателя и не надоедает ему. Чичестер пишет так искренне и буднично, откровенно сознаваясь в своих промахах, слабостях и страхе, что его повествованию внимаешь, как рассказу близкого друга, вернувшегося из дальних странствий.

Большую часть пути Чичестер провел, преодолевая бури. От юга Африки до Австралии, между этим континентом и Тасманией и далее от Сиднея до мыса Горн на него почти постоянно обрушивались штормы и шквалы, “Ревущие сороковые” широты оправдали свое название, и ветер постоянно свистел в снастях. На крохотную яхту накатывались огромные валы, настоящие водяные горы, и в ложбины между ними проваливалась “Джипси мот”. Недаром капитаны громадных быстроходных клиперов XIX в. запрещали команде оглядываться назад! Несколько раз яхта так ложилась на борт, что Чичестер не знал, встанет ли она. Однажды “Джипси мот” опрокинулась от удара волн, и отважный яхтсмен готовился к худшему. Часто волны, захлестывая яхту, грозили смыть Чичестера. Вода постоянно проникала в каюту. Не по вине своего капитана яхта иногда шла не вперед, а повертывала обратно.

Чичестеру постоянно грезилась земля, но вместе с тем он побаивался к ней приближаться, особенно в тумане, и в этом нет ничего удивительного. При взгляде на карту водное пространство между Австралией и Тасманией или пролив у мыса Горн кажутся очень широкими. Но когда в них нужно попасть, пройдя безбрежные просторы Индийского или Тихого океана, то отважного мореплавателя охватывает волнение, которое читатель разделяет с ним. Все препятствия Чичестер преодолел благодаря искусному определению местоположения яхты в океане, где, кроме солнца и звезд, других ориентиров не было.