— А как его застрелили? — перебил Нестеренко поток начальственного красноречия.

— А?

— Я имею в виду техническую сторону. Сколько человек, откуда стреляли, какое оружие использовалось?

Полковник обиженно пожал плечами.

— Да это вроде в газетах было… — сказал он.

— Ну так вы, надеюсь, об этом не из газет узнали? — резонно спросил Нестеренко. — Вы же были на месте происшествия? — добавил он, хорошо зная привычку высокопоставленного начальства затаптывать все на месте громкого убийства

— Это было около двух ночи. Он возвращался домой, с завода. Заводское начальство уходит гораздо раньше, к четырем-пяти, но у Игоря на заводе была лаборатория, он в ней иногда сидел допоздна. В час он позвонил охраннику, охранник вызвал шофера, шофер повез его домой. Игорь жил около города, в Белой Роще, это что-то вроде деревни. Он довез его до калитки, развернулся и уехал.

Часа в три ночи Яна, это девушка Игоря, вышла из дома и увидела, что он лежит у входной двери, с ключами в руках. Стреляли дважды: один раз из снайперки шагов с тридцати, другой выстрел контрольный, из «ТТ». Оба смертельные. Выстрелов никто не слышал, видимо, все оружие было с глушителем.

— Не много вы выяснили, — сказал Валерий.

— Мы обязательно найдем его убийцу, — заявил начальник милиции.

Валерий саркастически улыбнулся.

— Что, Валерий Игоревич, вы сомневаетесь в этом? — спросил кандидат в губернаторы Борщак. Нестеренко внимательно оглядел окружавших их людей.

— Я бы предпочел другую формулировку, — сказал московский «бизнесмен». — Убийца Игоря будет найден.

В Доме культуры было довольно тепло, но на всех присутствующих словно пахнуло могильным холодом.

Церемония прощания продолжалась еще долго. Покойника наконец накрыли крышкой, и гроб к автобусу очень торжественно снесли четыре человека: генеральный директор «Зари» со своим первым замом, областной прокурор и мокроусый, худощавый заместитель гендиректора НИИ «Биопрепарат».