— Тебе что-то мешает уехать, да?

Игорь внезапно вскочил.

— Из-звини… я должен идти…

— Сядь! — голос Нестеренко был неожиданно жесток и холоден, как броневой лист. Его старый знакомец поспешно сел.

— У тебя неприятности, да? Ты работал на оборонку и теперь не можешь поехать в США?

— Ах, да какая там оборонка, она ко второму курсу давно развалилась…

Игорь вдруг нервно и обреченно засмеялся.

— Игорек! Вот ты где! А мы тебя ищем, ищем…

Сазан и Игорь оглянулись одновременно: первый быстрым и плавным движением, напоминающим разворот кобры, второй — словно школьник, застигнутый в ванной за срамным делом. К их столу подплывали двое — вальяжный пятидесятилетний господин в серой тройке, слегка раздувшийся от любви к жирному и сладкому, и другой — в чесучовом костюме, высокий, подтянутый и улыбающийся. Радушная улыбка на лице была как рекламный проспект, гласящий: «Смотрите, я — гражданин США».

— Д… да я… — промямлил Игорь, — вы лучше познакомьтесь — Санычев Демьян Михайлович, наш генеральный директор. А это Валера Нестеренко, мы в одном дворе жили, он теперь… э…э…

Игорь только тут вспомнил, что совсем не полюбопытствовал, чем теперь занимается его старый знакомый.

— Бизнесмен, — сказал Валерий любезно и потряс руку Демьяну Михайловичу. Ему показалось, будто он пожал стопку вымоченных в воде салфеток.

— С химией не связаны? — немедленно спросил Демьян Михайлович. — Лекарствами не торгуете? А то смотрите, у нас замечательные лекарства, феноцистин в стране производим только мы.

Если бы Валерий хоть отдаленно представлял себе, что это такое — феноцистин и от чего он пользует — от сердца или от живота, было бы совсем хорошо.

— Вы — это кто?

— Тарский химико-фармацевтический комбинат. Тарская область, натурально.

— Ты что, из Москвы уехал? — удивленно спросил Нестеренко.